Отряд выступил сильно за полдень. Приготовления заняли больше времени, чем я рассчитывал. Но и плюсы свои были. Благодаря тому, что к нам присоединился «женский взвод», отряд добил численность до восьмидесяти бойцов. Конечно, с многотысячными армиями это не сравнится, но в местных масштабах — весьма грозная сила, способная запугать кого угодно. Кроме, разве что, сенешаля.

- Товарищ командир, а почему фургона всего три? — со мной поравнялся Ларс — командир красной десятки.

- Два - для раненых, один — для добычи, - хмыкнул я, и чуть натянул поводья Гневко, чтобы солдату не приходилось за мной бежать.

- А пленные? — поинтересовался тот, - Их как?

- А кто говорил, что мы собираемся брать пленных? — осклабился я, поправляя пояс с мечом. Алфрид его, конечно, подогнал, как смог, но тот всё равно периодически сползал. Да и верхом с такими длинными ножнами ездить я ещё не привык.

- Эвона как… - улыбка десятника превратилась в хищный оскал, - Енто хорошо. Значит, вдоволь сегодня ушей наберу.

- Чего? — теперь настала уже моя очередь удивляться.

- Ушей поверженных врагов, значица, - пояснил десятник, вытаскивая из-за ворота гамбезона нечто вроде ожерелья. На толстую джутовую нитку были нанизаны почерневшие кусочки сушеной плоти. Месяца три назад меня бы передёрнуло от подобного зрелища. Сейчас же я просто пожал плечами. И так было понятно, что в отряд мы набираем далеко не святых. Многим тяжело было оставить подобные привычки в прошлом, хотя мы на этом и не настаивали.

- В наших краях ходит поверье, что такое ожерелье отпугивает злых духов, - десятник продолжил свой рассказ, - Тех, кого ты убил и тех, кого только убить собираешься.

- Мне казалось, духи тех, кто ещё живы — заточены внутри их тел. По крайней мере, до момента смерти, - заметила Айлин, ехавшая рядом со мной. Девушку тоже не особо впечатлил варварский обычай десятника. В конце-концов мы видели вещи намного хуже, чем срезание ушей у мертвецов.

- Оно так то может так, - согласился Ларс, поудобнее укладывая тяжелый арбалет на плечо, - Да вот токмо за каждым из живущих стоят духи их предков. И уж они то нагадить вполне способны. Правда вот о том, как от них защитится, у меня недавно спор вышел с Мигелем. Он предпочитает брать пальцы.

- Я надеюсь те, которые не стыдно на шею повесить? — хмыкнула Айлин. Я тоже невольно улыбнулся, оценив его шутку.

- Большие, - пояснил Ларс, так и не поняв, о каких именно пальцах шла речь, - Он их тоже в ожерелье собирает навроде моего. Мы с ним даже об заклад побились, чьи значица, обряды кого лучше уберегут. Кого первого ранят, тот должен будет другому десять медяшек.

- Есть в этом что-то нечестное, - я покачал головой, - Мигель же боец первой линии. А ты стоишь во второй. Конечно у него больше шансов отхватить во время схватки, чем у тебя.

- А это уж пускай нас духи и обряды рассудят, - хмыкнул солдат и тут же чуть поотстал от нас. Видать, пока я не раскрыл его маленькую хитрость противоположной стороне спора. Впрочем, делать этого я совершенно не собирался. Мигель должен бы и сам соображать, на что подписывается.