Тяжелые свинцовые тучи неторопливо ползли по низкому небу. Накрапывал мелкий дождик. Круги от его капель расползались по зеркалам тёмных, маслянистых бочагов, кутающихся в шарфы из бледного, чахлого мха. На их бережках шелестели крошечными серыми листьями карликовые деревца. Их стволы были скручены какой-то неведомой силой, а ветки, словно иглы свернувшихся ежей торчали в разные стороны.

Чуть поодаль в воздухе плавали мелкие камушки. Их неспешно затягивал внутрь себя невидимый водоворот. Когда они все скапливались в его центре, раздавался хлопок и гальку вновь выбрасывало на край воронки и процесс начинался заново.

На тропе, ведущей к массивному чёрному силуэту башни, разделившему серый горизонт надвое, стояло существо. Уродливая тварь, обтянутая мертвенно-бледной лоснящейся кожей. Её тело отдалённо напоминало человеческое. Но на количестве рук, ног и голов сходство заканчивалось. Конечности существа были неестественно длинные. Кисти рук были увенчаны пальцами, в которых было куда больше суставов чем нужно. Те же оканчивались короткими, крючковатыми когтями. Как раз такими, чтобы схваченная тварью жертва не могла вырваться. Такие же когти, только уже на ногах, впивались в мягкий мховый ковёр, из ран которого уже начинала сочиться болотная тина.

Но мой взгляд был прикован не к подрагивающим от предвкушения когтям существа. Он неотрывно следил за овальной головой, обтянутой серой, лоснящейся кожей, без намёка на волосы. Нет, тварь не имела усеянной клыками пасти, из которой тянулась бы тонкая нитка кровавой слюны. У неё не было чёрных, бездонных глаз, мелкого носа, больше напоминающего две дыхательные щели, бровей, да и надбровных дуг. У неё вообще не было лица. На его месте клубилась тьма. Бездонный чёрный провал, из которого на меня смотрело нечто. Нечто настороженное. Нечто голодное. Нечто чужое.

Внезапно прозвучал голос. Нет, я не услышал его ушами. Скорее — почувствовал прямо внутри своей головы. Почувствовал острой вспышкой леденящей, парализующей боли. Боли, заглушавшей смысл произносимых слов.

Тварь пришла в движение. Медленно. Неестественно медленно вырвала свою лапу из мокрых объятий мха и поставила её вперёд. Сделала шаг. Её голова покачнулась на тонкой шее. Несколько тонких лоскутов мрака выплеснулись наружу. Их тут же слизнул и принялся втягивать в себя водоворот, между камушками которого начали проскакивать крохотные голубые молнии. Существо не обратило на это никакого внимания. Оторвало вторую ногу от земли и сделало ещё один шаг. Затем ещё один. И ещё.

Чем ближе оно подходило, тем слабее становилась боль. Она всё ещё пульсировала внутри моей черепушки, но больше не дробила мысли и не смешивала их осколки. Вместо них в голове воцарилась тяжелая пустота. Пустота, которую в следующее мгновение вновь наполнил голос.

«Лица… Я не помню их лиц… Как я верну их, если не помню их лиц...»

Фраза повторялась. Раз за разом, настойчиво долбилась в виски кровяными молоточками. Выжигалась на обратной стороне черепа. И с каждым повторением тварь подбиралась всё ближе.

Дёрнуться не получалось. Схватиться за оружие тоже. Не удавалось даже закрыть глаза. Оставалось только стоять и смотреть, как тварь медленно приближалась, судорожно покачивая головой и нервно подрагивая когтями. Смотреть и слушать звучавший в голове голос, который постепенно переходил в истеричный крик.